Песенник

 Как села в таз с пельменями
 К всеобщему смущению,
 И с мужем в коридоре подралась.
 Как папа был хорошенький,
 Как притворился лошадью,
 Как он меня по комнатам катал,
  
 И ржал он тоже здорово,
 Потом сказал: «До скорого»,
 И долго-долго унитаз пугал.
 Как жарко стало Ване,
 Как он закрылся в ванной,
 Как полную набрал и в ней уснул.
 Но будто в раннем детстве,
 Он сам не смог раздеться
 И потому чуть-чуть не утонул.
 Как дядя с тётей Томою
 Боролись в детской комнате,
 Как дядя тётю Тому поборол,
 Потом качаться начали,
 Измазались, испачкались,
 И дядя мне подушку распорол.
 Как Фёдор глупо пошутил,
 Сказав, что он парашютист,
 И сиганул с шестого этажа.
 Как «скорая» приехала,
 Как врач прибавил смеху нам
 Сказав, что Федьке в гипсе год лежать.
 Мне очень всё понравилось,
 Всё так чудесно справилось,
 Но праздник наш закончился и вот.
 Теперь с утра до вечера
 Мне снова делать нечего,
 Скорей бы Новый, Новый, Новый год.
  Плот 
 На маленьком плоту сквозь бури, дождь и грозы.
 Взяв только сны и грезы, и детскую мечту.
 Я тихо уплыву лишь в дом проникнет полночь,
 Чтоб рифмами наполнить мир в котором я живу.
      Ну и пусть будет нелегким мой путь,
      Тянут ко дну боль и грусть, прежних ошибок груз,
      Но мой плот, свитый из песен и слов,
      Всем моим бедам назло вовсе не так уж плох.
 Я не от тех бегу, кто беды мне пророчит.
 Им и сытней и проще на твердом берегу.
 Им не дано понять, что вдруг со мною стало,
 Что вдаль меня позвало, успокоит что меня.
      Ну и пусть будет нелегким мой путь,
      Тянут ко дну боль и грусть, прежних ошибок груз,
      Но мой плот свитый из песен и слов,
      Всем моим бедам назло вовсе не так уж плох.
 Нить в прошлое порву, и дальше будь, что будет.
 Из монотонных будней я тихо уплыву
 На маленьком плоту лишь в дом проникнет полночь,
 Мир новых красок полный я быть может обрету.
      Ну и пусть будет нелегким мой путь,
      Тянут ко дну боль и грусть, прежних ошибок груз,
      Но мой плот свитый из песен и слов,
      Всем моим бедам назло вовсе не так уж плох.
      Мой маленький плот свитый из песен и слов,
      Всем моим бедам назло вовсе не так уж плох.
 Д. Маркиш 
  Мир такой кромешный…[12] 
 Мир такой кромешный,
 Он и летом и зимою снежный,
 Человек идёт по миру,
 Человек хороший, грешный.
 Кто твой Бог, кто твой кумир, о, человек? —
 Ты и сам не знаешь,
 И в пути страдаешь,
 Дорогой мой человек.
 Слушай, мальчик Ваня,
 В этой жизни все цыгане,
 Отцветёт он и увянет,
 Или вновь цветком он станет,
 Может сына ты оставишь на земле,
 Может так вернешься к мраку
 Парой синих маков
 Расцветут глаза твои.
 К. Подревский 
  Дорогой длинною 
 Ехали на тройке с бубенцами,
 А вдали мелькали огоньки…
 Эх, когда бы мне теперь за вами,
 Душу бы развеять от тоски!
      Дорогой длинною
      И ночью лунною,
      Да с песней той,
      Что вдаль летит звеня,
  
      И с той старинною,
      Да с семиструнною,
      Что по ночам
      Так мучила меня.
 Помню наши встречи и разлуки,
 Навсегда ушедшие года,
 И твои серебряные руки
 В тройке, улетевшей навсегда.
      Дорогой длинною
      И ночью лунною,
      Да с песней той,
      Что вдаль летит звеня,
  
      И с той старинною,
      Да с семиструнною,