Смертельно прекрасна (СИ)

Я многое потеряла, когда стала «исключением». Я потеряла возможность радоваться мелочам, потому что теперь в моей жизни счастье не в танцах и не в оценках.
Я буду действительно счастлива, если выживу. А это слишком сложно, чтобы быть и правдой, и мечтой одновременно.
Внезапно я ощущаю на себе чей-то взгляд, мою спину обдает необъяснимое чувство, полное теплоты, волнения и парализующего страха, и, обернувшись, я замечаю Мэтта.
На голову выше и Хэрри, и Джил, и Бет, которая почему-то оказалась рядом с ними, он смотрит на меня и не шевелится. Его растерянный взгляд прорывается внутрь меня, а я столбенею, ощутив невероятную слабость и жжение в груди. Каждую биологию я сбегала с урока, боясь встретиться с ним взглядом, боясь услышать его голос. Каждый раз я мигом проносилась по стоянке, надеясь, что они с Хэйданом уже уехали. Я бежала от братьев так рьяно и так неустанно, что сейчас, заметив их в нескольких метрах от себя , пропускаю по груди сильнейший удар. А Мэтт не щадит меня. Он всегда делал то, что считал нужным, и его не волновало, насколько, порой, жестоки его взгляды или слова. Он смотрит на меня, а я задыхаюсь. И я не хочу, чтобы он отворачивался. Я согласна задохнуться.
Неожиданно Хэрри замечает, что брат не шевелится уже добрых пару минут, потому толкает его по плечу и рукой взмахивает, и я тут же перевожу взгляд на Логана.
Нужно уносить ноги. Нужно сказануть что-то и бежать, сломя голову! Однако потом я вдруг думаю, что не могу вновь испариться. Черт. Ну, почему я думаю об этом именно в эту минуту , именно сегодня? Не время для сентиментальностей, а в груди что-то взвывает с нечеловеческой силой, и меня разрывают на куски те самые сомнения, после которых не остается ни одного живого места.
- Логан, я отойду, – говорю я, выдохнув. Парень переводит на меня взгляд, а я спешу продолжить, чтобы он не выдумал что-то такое, что вновь усложнит мне задачу. – Прости.
- Но ты вернешься? Верно?
Не могу лгать. Я не могу лгать.
Смотрю Чендлеру прямо в глаза и понимаю, что поступаю отвратительно. Он вполне хороший парень и не заслуживает подобного отношения. Но я не могу иначе.
- Нет, – говорю я, невольно прикасаюсь к его плечу и вновь шепчу, – прости.
Парень вскидывает брови, а я схожу с места. Чувствую, как в груди у него все разом переворачивается, как разочарование затуманивает рассудок, и зажмуриваюсь так крепко, что глаза вспыхивают. Впервые я верю Логану. Я верю, что он умеет чувствовать, вопреки тому, что о нем говорят. Возможно, это еще одна история, в которой человек меняется из-за другого человека. Вот только я не хочу быть героем этой истории. К сожалению.
Я смахиваю с лица усталость, а когда выпрямляюсь, вижу, что братья Нортон, Джил и Бетани идут ко мне, вооружившись одним выражением лица на четверых: недоумением.
Я останавливаюсь перед ними и растягиваю губы в неуместной улыбке. Что ж, мне в голову ничего другого не приходит, кроме как лыбиться и притворяться, что все отлично.
- Ари, – естественно, первым в себя приходит Хэрри. Мой спаситель. Он подается ко мне, обнимает, будто так надо, будто так правильно, и смеется, – ты здесь!
Я позволяю себе на время расслабиться и перенять его радость.
- Да, – шепчу я ему на ухо, – я здесь.
- Но это опасно, ведь ты… – Мэтт подается вперед и толкает Хэрри в бок. Тот тут же откашливается. – Ты в зале, переполненном пьяными футболистами!
Он продолжает улыбаться, а Джил недоуменно переглядывается со своим парнем, но Мэтт лишь пожимает плечами, чем вызывает у девушки невероятное раздражение. Она на меня смотрит почти ненавистно, стискивает края желтого, длинного платья, и неожиданно улыбается. Я ощущаю такую дикую вину, что подкашиваются колени. Эта девушка знает, что ее водят за нос. Она понимает, что ей врут в лицо, что ее обманывают, и она держится из последних сил, чтобы скрыть слезы, обиду, усталость. И улыбается.
- Я отойду на минуту, – говорит она.
- Зачем? Давай я…
- Мэтти, я в туалет.
Она кивает, медленно уходит, а я гляжу ей в след, поджав губы. Я чувствую, как она едва ли дышит, как грудь у нее пылает и горит. Она ровно держит спину, а в голове у нее проносятся такие дикие мысли, словно у нее больше никого нет. Словно она совсем одна.
- Что ты здесь делаешь? – Рычит Мэтт, поддавшись вперед.
- Я уже ухожу.
- Ты выглядишь растерянной, – замечает Бетани и морщит нос, – все в порядке?
- Да, все хорошо.
- Как все может быть хорошо? – Удивляется Хэрри. – Сегодня же праздник. Забыла?
Я громко усмехаюсь и покачиваю головой. Наверно, нервы у меня сдают, потому что я продолжаю улыбаться, как идиотка, внутри сгорая от безумной паники.
- Забыла? Очень смешно. Я бы не прочь, но, уверена, мне с удовольствием напомнят.
- Кто?
- Друзья из ада.
- Какие еще друзья из ада? – Не понимает Бетани и вскидывает брови. Наверно, она еще не поняла, в какую компанию попала. Да и я не понимаю, что она забыла с Хэрри.
- Неважно, я уже ухожу. Простите, что вмешалась. – Невольно смотрю на Мэтта, и я, черт возьми, зря это делаю, потому что его глаза прожигают меня насквозь. Парень дышит так тяжело, что его белая рубашка со свистом вздымается и опускается, и голова у меня на какое-то время отключается, приняв его эмоции и приняв его чувства. Это странно. Я едва ли понимаю, что он ощущает, но это на удивление напоминает мне собственные эмоции.
- О, люблю эту песню, - неожиданно взывает Хэрри и игриво щурится, - Бетани, я бы хотел пригласить тебя на танец.
Я перевожу взгляд на парня. Что? Растерянно округляю глаза. О чем Хэрри вообще думает? Солдат-Бетани танцует только с накаченными футболистами, иначе не грозилась бы мне в первый день свернуть шею из-за Логана Чендлера.
Однако неожиданно девушка кивает. Берет парня под локоть и улыбается.
Челюсть у меня едва не отваливается. Я неделю с парнями не общалась. Неделю! Я и представить себе не могла, что они с Бет сдружились. Это же безумие какое-то.
- Ари, - восклицает на ходу Хэйдан и коварно лыбится, - пригласи Мэттью. Он тоже любит эту песню, просто стесняется тебе сказать.
- Что? Я не…
Мэтт замолкает, не закончив мысль, а я покрываюсь мурашками и краснею до ушей. Я почти уверена, что он специально. Точнее, я точно знаю, что он все продумал. Наглец!
- Слушай, - выдыхаю я, - потанцуй со мной. Я пригласила, верно? А ты отказывайся.
- Почему я должен отказываться?
Растерянно морщусь.
- Потому что ты лучше провалишься сквозь землю, чем потанцуешь со мной.
- Кто тебе такое сказал?
- Ты серьезно? Мэтт…, по-моему, безопаснее сдаться Дьяволу , чем позволить тебе ко мне приблизиться. – Я не дышу. Я совсем не дышу. – Правда?
- Правда.
Мы смотрим друг на друга и молчим. И мне кажется, что проходит целая вечность, в которой так много недопонимая и различий, а затем парень берет меня за руку и медленно притягивает к себе. Радужки его глаз делаются совсем темными, он неотрывно смотрит на меня, гипнотизируя и сбивая с толку, и я растерянно приподнимаю подбородок, а он едва слышно сглатывает. Мы оказываемся так близко, что голова у меня кружится.
- Что ты делаешь? – Шепчу я, когда его пальцы прокатываются вниз по моей спине и застывают на талии. Больше всего на свете мне хочется, чтобы он объяснил, что творится, потому что я проваливаюсь в ощущения, о которых ничего не знаю.
- Я танцую, – хрипло отрезает Мэтт.
- Ты умеешь танцевать?
- Я все умею.
- Я и не сомневалась, что ты так скажешь. – Дергаю уголками губ, отворачиваюсь и в сторону смотрю, лишь бы в глаза Мэтта не смотреть, иначе сердце у меня остановится.
- Ты не должна была приходить. – Вот он, тот самый праведный Мэтт, от которого я уносила ноги, и по которому я так жутко скучала. – Здесь опасно. Ты же знаешь.
- Знаю. Но Логан утром пришел ко мне домой и…
- Логан пришел к тебе домой?
- Да. Он не оставил мне выбора.