Смертельно прекрасна (СИ)

Тетя Мэри сдувается, горбит спину и беззащитно моргает, пытаясь смахнуть пелену, а я нерешительно прикасаюсь к ее спине и поглаживаю плечи.
- Знаешь, – шепчу я, увидев, как глаза у Мэри-Линетт искрятся, – Реджина – мудрая, Норин – прекрасная. А ты – сильная. – Тетя переводит на меня взгляд, а я улыбаюсь и на нее смотрю заботливо. – Мы определяем не только свое проклятье, но и свою силу.
Тетушка усмехается и кладет ладонь поверх моих пальцев. Поглаживает их и кивает.
- Спасибо, Ари. – Она по-детски морщится и кивает еще раз. – Я рада, что ты здесь.
- Я тоже.
Выдыхаю и облокачиваюсь о тетю Мэри, прикрыв от усталости глаза.
Чуть позже я оставляю сообщение Джейсону. Я знаю, что не имею права вовлекать в наши проблемы еще одного человека, но я боюсь, что нам понадобится помощь. Мэри и я слишком уязвимы. Мэри-Линетт сдерживает вина, прошлое, а меня – проклятье. Мы так и будем наблюдать, как Норин причиняет себе боль, не в состоянии что-либо изменить. Для Джейсона она же совершенно посторонний человек. Возможно, он сумеет найти те слова, что ни один родственник сказать не сможет. Я почему-то верю этому мужчине, что весьма странно, ведь с доверием к людям у меня огромные проблемы. Но, быть может , загвоздка в том, что Джейсон – не совсем человек.
Следующие несколько часов, вплоть до обеда, в голове у меня столько мыслей, что я ни на секунду не пребываю в покое. Эмоции так быстро сменяют друг друга, что мне дико не по себе. В одно мгновение я уверена, будто день отличный, все обойдется, я справлюсь, и прочая чепуха про мир во всем мире. Однако уже через минуту меня одолевает тяжелое ощущение безысходности, нависшее над головой, будто грозовая туча. Нервно покусываю пальцы, раскачиваюсь на стуле и гляжу в пустоту, поджидая неприятностей. Но ничего не происходит, кроме очередного коллапса эмоций. И, забыв про страх, я смеюсь до коликов.
Неожиданно в дверь звонят, и я устало выпрямляюсь.
Мэри-Линетт спит на диване, завернувшись в шерстяной плед. Я не хочу ее будить и поднимаюсь с кресла, в глубине души радуясь, что Джейсон уже приехал, он нужен мне; я хочу почувствовать себя сильной, а раз для этого мне надо перенять чужие эмоции, лучше Джейсона кандидатуру не найти. Мне кажется, он единственный человек, который всегда держит себя в руках, всегда знает, что делать.
Плетусь по коридору, разминая затекшую шею. Как же все болит.
Я хватаюсь за ручку , заранее улыбаясь, ведь если Джейсон здесь, я смогу в сотый раз попытаться уснуть и уснуть наконец, не дергаясь и не волнуясь.
Однако едва я распахиваю дверь, желудок у меня резко скручивается, и, окаменев от чудовищно неприятного предчувствия, я выпаливаю:
- Логан?
Парень стоит на пороге, нерешительно помахивает рукой. А я собираюсь резко дверь захлопнуть, правда. И наплевать, как это будет выглядеть! Но не успеваю. Чендлер ко мне шаг вперед делает и хватается за ручку, округлив шоколадные глаза.
- Подожди! – Просит он, а в моем случае – приказывает , и я застываю. Дерьмо! – Ты чего? Что-то случилось? Черт, у тебя глаза красные. Ты плакала?
Нет, нет, нет! Взволнованно стискиваю зубы и гляжу на гостя, пребывая в странном возбуждении, которое передается мне по воздуху, как чертов грипп.
- Нет, не выспалась.
- Ого, ну, тебе реально надо отдохнуть. Выглядишь ты паршиво.
- Спасибо, – натянуто улыбаюсь и с силой стискиваю пальцы, – ты зачем пришел?
- Ты сбежала от меня в аэропорте, в школе глаза отводишь… – Логан нервно дергает уголками губ и пожимает плечами, – избегаешь, что ли?
- Слушай, я просто…, просто заболела. Правда. Очень сильно заболела , и я…
- Ты идешь на танцы сегодня?
- Что? – Внутри все переворачивается. Я вдруг думаю, что надо заорать во все горло, чтобы разбудить Мэри-Линетт. Тогда она сможет силой оттащить меня от двери. – Я не…
- Слушай, ты ведь не болеешь, чего обманываешь? Я не бегаю за девчонками, Ари.
- Отлично, и не бегай. Это глупо.
- Да, - соглашается он , усмехнувшись, – глупо, но…, – его ладони вспархивают вверх и взъерошивают золотистую шевелюру. «Молчи, молчи » – думаю я , но нет. – Ари, идем со мной на танцы.
Мир весь переворачивается, и я так крепко впиваюсь пальцами в дверь, что оставляю следы от ногтей. Черт возьми. Что делать? Зажмуриваюсь и шепчу:
- Логан, это не самая хорошая идея.
- Почему? Брось, развлечемся. Я хочу, чтобы ты пошла.
- Но я ведь болею.
- Ну, хватит врать. – Просит он, скрасив недовольство очередной кривой ухмылкой, и в голове у меня вдруг что-то щелкает. С ужасом я понимаю, что теперь на все его ответы буду отвечать только правду. – Чего ты постоянно выдумываешь что-то?
- Я не…, – Люцифер наверняка ликует, потому что продолжить предложение у меня не получается, ведь тогда я совру! А я, черт возьми, не могу врать. – У меня есть причины.
Выкрутилась, молодчина, Ари.
- И какие же это причины?
Лицо вспыхивает от жара. Взволнованно прикусываю губы и моргаю, пытаясь найти тот самый выход, который находят все умные люди в критических ситуациях. Но на ум не приходит ничего разумного. Я лишь чувствую, как на лбу появляется испарина.
- Понимаешь, у меня проблемы дома, – осторожно начинаю я, – большие проблемы.
- И их нельзя решить завтра?
- Вряд ли.
- Тебе нужна помощь?
- Да! – Говорю я и, заметив , как Логан удивленно вскидывает брови, прикусываю со всей силы язык. – Но не твоя. – Еще один крутой поворот пройден.
Надеюсь, мне это зачтется на Страшном Суде.
- Слушай, вот, что я тебе скажу. – Чендлер вдруг подходит ко мне совсем близко, и я невольно оказываюсь под прицелом его любопытных глаз. – Проблемы всегда будут. Они никуда от тебя не денутся ни через день, ни через год! Появятся новые , и так далее. Но ты не должна лишать себя удовольствий, Ари, понятно? И осенний бал – это не просто какие-нибудь там тупые школьные танцы. Это воспоминания.
Боже, передо мной перерождение Конфуция.
- Логан, это просто танцы.
- Сделаем их сложными.
- Но я не…
- Все. Решено. – Он широко улыбается, а я слышу, как Меган фон Страттен поет мне погребальный гимн. – Ты идешь сегодня со мной! И отказ не принимается.
Я сдуваюсь, будто воздушный шар. Осматриваюсь, киваю, и вдруг чувствую, как на секунду все застывает и делается безумно трудным, невыносимым. Я должна была лишь в гостиной сидеть. Должна была молча наблюдать за тетушками и пережить этот Хэллоуин.
Почему ничего не выходит так, как планируешь?
Почему жизнь не дает возможности прожить ее так, как хочешь?
- Хорошо, – глухо отрезаю я, – как скажешь.
- Отлично! – Логан словно не замечает, что лицо у меня бледнеет.
Я приподнимаю подбородок и неожиданно вижу за спиной парня Джейсона. Он тихо отталкивает калитку, бредет по каменной, кривой тропе, и я зажмуриваюсь. Где ты был?
- Все в порядке? – Спрашивает он, а Чендлер довольно кивает.
- Все отлично! – Похлопывает Джейсона по плечу и удаляется. – Я заеду!
Логан уходит, широко улыбаясь, а я изнеможденно наваливаюсь всем телом на дверь и надавливаю пальцами на переносицу. Мне вдруг кажется, что Мойра издевается. Я даже вижу , как она торчит в кафе и рассказывает Карме о невероятных приключениях идиотки-Ари, которая вдруг решила, что может контролировать свою жизнь.
- Он хлопнул меня по лопатке, - отрезает Джейсон и достает из пальто сигареты, - ты видела? Смелый мальчик.
Я невольно усмехаюсь и впускаю мужчину в дом. Он выдыхает дым, оглядывается и на меня смотрит настороженно, словно изучает, но я – открытая книга. Выгляжу грустно и испуганно, что полностью отражает мои эмоции, а не чужие.
- Что произошло?
- Он позвал меня на танцы.
Джейсон кивает. Понимает, что все вышло из-под контроля, но не принимается меня отчитывать за то, что я не подумала и открыла дверь. А стоит. Я сглупила, и теперь на мои плечи ляжет ответственность, если случится что-то плохое.