Гиблое место в ипотеку

– Да.

– А теперь тебе нужен ежедневник?

– Да, – призналась дочь, – очень.

– Давай отойдем на некоторое время от прилавка, – попросила мать, – видишь, тетя с девочкой вошли в магазин. Они собираются что-то купить.

– Кошку! – выпалила Киса. – Вон ту, розовую!

Продавец, парень лет двадцати, посмотрел на женщину.

– Вы ее берете?

Та покачала головой.

– Такого цвета у нас одна единица товара, – пояснил юноша. – Если не берете, отдам ежедневник им.

Малышка обернулась и прошептала:

– Моя кошка! Розовая!

По круглощекому личику полились слезы.

– Конечно, конечно, – быстро заверила я.

– Лучше синюю взять, – подхватила Киса, – не волнуйся, не заберу розовенькую.

– Ниночка, – устало произнесла мать, – я не могу сейчас купить игрушку. Мы ехали за экраном. На него у меня деньги есть. На что-то другое нет.

– Не нужен мне рисовальник, – зарыдала девочка. – Кошку хочу!

– Денег нет, – заявила мать, – можешь сколько угодно рыдать, богаче от этого мы не станем.

– У папы возьми! – нашла выход дочка.

Мать погладила ее по голове.

– Он уехал.

– Позвони ему.

– Там нет связи.

– Телефон везде работает.

– Есть места, куда невозможно дозвониться.

Девочка плюхнулась на пол и закрыла лицо руками.

– Ты меня не любишь, а папа любит. Он все мне купит.

Киса села около рыдающего ребенка.

– Тебя зовут Нина?

Девочка кивнула.

– Я Киса, мне восемь лет, а тебе сколько?

– Как тебе, – всхлипнула девочка, – вчера еще семь было, сегодня больше.

– У тебя день рождения? – обрадовалась Киса.

– Да.

– Нельзя плакать в праздник, – сказала Кисуля.

– Мне грустно, нет гостей, торта, подарка, – перечислила девочка, – папа уехал! У мамы денег нет.

Продавец молча слушал беседу детей, а мать Нины отошла к окну и стала смотреть на улицу. Я приблизилась к ней.

– Я могу вам чем-то помочь?

– Муж ушел, – тихо сказала незнакомка, – Нина не знает, думает, что он в командировке. У нас гражданский брак. У него есть законная жена, дочь, но семья развалилась. Я не спрашивала причин разлада. Мы почти десять лет были вместе. Ниночка не случайно родилась, мы оба хотели ребенка. Все шло прекрасно. Николай обещал оформить развод. И вдруг неделю назад приходит сообщение с незнакомого номера: «Оставь моего мужа в покое. Захотела чужого? … тебе». Я переслала послание Коле, он не ответил, домой в тот день не вернулся. Моя кредитка заблокирована, его номер не отвечает. У Нины сегодня день рождения, а отец ее не поздравил. Налички у меня только на экран для рисования. Я предполагаю, что он вернулся к бывшей жене. Но разве так поступают? Надо же объяснить, сказать: «Ухожу, прощай». Я цепляться за него не стану, на шее не повисну.


И тут ко мне подошла Киса.

– Лампуша, я хочу сделать Нине подарок. Кошку. Розовую.

– Отличная идея, – согласилась я, – со своей стороны я предлагаю заехать потом в кафе и поужинать.

– Торт со свежими ягодами на десерт, – объявила Кисуля.

– Нет-нет, спасибо, – возразила мать Нины.

– Как вас зовут? – спросила я.

– Наташа Колина, – представилась мать ребенка.

– Евлампия Романова, лучше просто Лампа, – улыбнулась я. – У Нины день рождения, не надо ей плакать. Пусть девочка получит подарок, обретет хорошее настроение. Давайте поедем в детский центр «Тридцать восемь поросят», там много развлечений для детей. Они будут ходить по лабиринту, выполнять разные задания, а мы поговорим. Только я позвоню хозяйке заведения, хорошо ее знаю.

– У меня совсем нет денег, – прошептала Наташа.

– Со мной тоже такое случалось, – улыбнулась я и пошла к прилавку.





Глава 32




В тот момент, когда раскрасневшаяся от беготни по лабиринту Нина задула на торте свечи, у меня ожил телефон.

– Здравствуйте, Лампочка, – произнес знакомый женский голос, – очень надо с вами поговорить. Можно сегодня встретиться?

Я посмотрела на часы.

– Навряд ли.

– Мне очень плохо, – прошептали из трубки, – смотрю на открытое окно, думаю…

– Вы кто? – спросила я.

– Ох! Не узнали меня?

– Простите, нет.

– Ира Локтева, мать пропавшей Олеси, – представилась женщина.

– Что случилось? – спросила я.

– Совесть меня съела, – вздохнула Локтева.

Наташа встала и взяла за руку дочь.

– Мы в туалет, заодно и руки помоем, все пальцы в шоколадном креме измазали.

– И я с вами, – засуетилась Киса.

– Разве можно оставлять маму одну? – улыбнулась Наташа. – Мы скоро вернемся.

– Ладно, – согласилась Кисуля.

– Конечно, если подруга просит, надо ей помочь, – продолжала Ирина, – но мне понятно стало, что я больше не могу. Все. Конец. Или из окна прыгать, или вам всю правду рассказать.

– Лучше второе, – предложила я.

– Можете ко мне приехать? Только осторожно, чтобы она не знала.

– Кто?

– Ксения Львовна.

– Ушакова? – удивилась я. – Вы знакомы?

– Объясню вам все в деталях, только приезжайте, – всхлипнула Ирина, – я живу около Савеловского вокзала.