Принимаем огонь на себя!

Потом, видимо, мой израненный вид, окровавленная голова и простая одежда убедили их отпустить меня… Я не помню как, но точно знаю, что сам вышел из ворот этого ада. Меня подобрала скорая и отвезла в больницу. Уже там, в больнице я начал терять сознание. Почти всю ночь, мня возили на разные анализы и осмотры, делали снимки. Не пойму как, но они так и не заметили пулю в моей руке… Я несколько дней находился в больнице. У меня все лицо потемнело, думаю, от газа и вылитого на меня йода. Потом, дома меня таки смогли отмыть от всего этого, а с лица я сам снимал темную пленочку, от попадания йода, наверное. Знакомая врач обнаружила и вынула пулю, по виду пули я понял, что она была выпущена по мне там, в кабинете, из травматического оружия». (14)
Центр города ТЦ «Афина» после 19:00
По рассказам очевидцев между 19–20 часами к выходу торгового центра подогнали автозаки [автомобиль для перевозки подозреваемых и обвиняемых в каком либо правонарушении или преступлении], чтобы «погрузить» туда «куликовцев», сделали небольшой кордон из людей в черной форме с оружием (хочу отметить, что у правоохранительных органов за все время противостояния в центре города оружия так и не появилось).
Ребятам «куликовцам» пообещали, что автозаки здесь только для того, чтобы их вывезти из эпицентра событий целыми и невредимыми, а потом они будут свободны. Видимо так было сказано, чтобы ребята не оказывали сопротивления.
На выходе из «Афин» наших «куликовцев» обыскивал один из организаторов или руководителей «самообороны» (а возможно и «правого сектора» точно сказать не могу).
Обыск куликовца у торгового центра «Афины»
Ребят было 13 человек [по крайней мере мне известна такая цифра], они были заведены в автозаки и тут же вывезены в Белгород-Днестровское отделение милиции, где почти сутки их держали, не давая возможности сообщить родственникам, где они.
Один из автозаков приготовленных для куликовцев. Обратите внимание, что только сейчас появляются вооруженные представители спецподразделений милиции.
Куликово поле после 20:00
Где-то после 20:00 моей маме позвонила знакомая, к счастью мама не смотрела прямых трансляций, у нас как раз были проблемы с кабельным телевидением.
— Там такое делается… — говорит она маме. — А где Женя?
— Там — ответила мама
— Как? Там же все горит? Как же ты ее туда отпустила?! — ужасалась она
— А что я могла сделать? Она сказала: «Все там и я должна быть там».
И так посчитали многие «куликовцы», которые были в тот день на Греческой и/или на Куликовом поле.
Наверное, покажется удивительным: убийцы легко позволяли снимать свои преступления (не все конечно, из всего, что было сделано ими внутри здания показали только конечный результат — погибших «куликовцев»). Видимо так было надо, чтобы одесситы и другие не согласные жители, преимущественно, юго-востока, смотрели и ужасались, боялись и молчали.
Но нашлись те одесситы, которые, увидев по телевизору, что происходит, тут же помчались на Куликово, в надежде помочь хоть чем-то.
Если честно, это были те одесситы, кто часто приходил на Куликово поле. Я видела их потом, когда сама чудом спаслась, видела я их и на видео. А некоторые из них еще и в милицию со спасенными «куликовцами» попали.
Человек в камуфляжной форме пытается остановить озверевших майдановцев, стремящихся во внутренний двор Дома профсоюзов в желании добивать куликовцев, выпрыгивающих из окон и с карнизов в надежде спастись от огня (человек, в красном квадрате, являлся одним из тех, кто добивал выживших после падения)
Итак — не сработало. Нашлись сознательные люди, жаль, конечно, что не вся Одесса!
Думаю благодаря таким решительным и самоотверженным горожанам, которых смело можно называть «куликовцами», была спасена еще одна небольшая часть ребят, которых эти мужественные женщины и мужчины, пытались как могли спасать и защищать. А некоторые из женщин пытались даже говорить с этой озверевшей толпой, убеждая их вернуться к человечности, которая, как они искренни и наивно полагали, томилась внутри многих из этой обезумевшей своры «бандеровских» варваров. Но убеждения не доходили до них, зло поглотило их умы и управляло их действиями.
В то время как небольшая часть одесситов пыталась спасти своих товарищей «куликовцев» одесские чиновники и политики делали кощунственные заявления. Из статьи РИА «Новости Украины» от 22.04.2015 года «Одесская Хатынь» спустя год после трагедии: правда и мифы»: «Верхом оголтелого цинизма и яростным оскорблением памяти погибших представляется оценка произошедшего со стороны различных представителей власти. Так, например, тогдашний губернатор Одесской области Владимир Немировский уже около 20:00 часов вечера 2 мая заявил на своей страничке в Facebook: «Действия одесситов, направленные на нейтрализацию и задержание вооруженных террористов, считаются законными». Что уж говорить о скандальном одесском политике, экс-«регионале» [члене Партии Регионов], а впоследствии нардепе от БПП [Блок Петра Порошенко] Алексее Гончаренко, который на фоне догорающего Дома профсоюзов бодро отчитался в студию [телефизионной] программы «Шустер Live», что Одесса освобождена от сепаратистов, чем заслужил бурные овации [а потом он ходил по зданию после пожара и снимал погибших «куликовцев» и кабинеты залитые их кровью]».
А. Гончаренко цинично снимает на телефон кабинет, где убивали «куликовцев»
Рассказывает Лена: «Спасшись из горящего здания, я еще долго оставалась рядом, на Куликовом поле.
Видела лежащего мужчину, голова у него была повернута в каком-то неестественном положении, возле него сидела женщина, судя по всему, пытающаяся понять живой он или нет. Я подошла, спросила или мужчина живой, она сказала: «вроде да». Я побежала на угол здания, где была скорая. Начала просить, чтобы врачи помогли. Рядом я увидела мужчину в белом халате, наверное, это был врач. Он тоже начал просить их подъехать и оказать помощь. Но врачи скорой помощи отказывались ехать ближе к мужчине. Они нам ответили: «Несите его к нам». Мы им объясняли, что его нельзя двигать и уж тем более нести на руках, у него что-то с шеей. Они на отрез отказались. Может боялись, а может не хотели. Мужчина начал просить их дать нам носилки, тогда, по крайней мере, можно безопаснее поднести пострадавшего. Но они и в этом отказали нам. Тогда мужчина-врач побежал искать что-то из чего можно было бы смастерить более менее безопасные носилки для транспортировки раненного. Я побежала за ним. Он направился к догорающим «куликовским» палаткам, в надежде там что-то найти. К нему присоединился еще какой-то парень. Врач пытался вытащить что-то из, уже затухающего огня, не теряя надежды смастерить носилки. Это был один из немногих настоящих медиков находящихся в этот день на Куликовом поле. Я решила вернуться к раненному мужчине, но так его и не нашла, возможно в этом ужасе запуталась и потеряла то место. Очень надеюсь, что того мужчину удалось спасти.
Видела, как озверевшие нацисты добивали людей, спасшихся из горящего здания. Спустившихся после меня ребят, они хватали и тащили куда-то в кусты, по десять человек на одного, били палками по головам, ногам. Я пыталась защитить их, просила не убивать, но они сказали мне убираться подобру — поздорову.