Запретный ключ
– С-спасибо, н-не над-до, – пробормотала я и медленно попятилась, пока не уперлась во что-то твердое. Локоть моментально оказался в капкане.
Быстро обернувшись, я увидела, что схвачена каким-то лысым качком со шрамом через пол-лица. При этом мужик зло усмехался и поблескивал черными глазами.
– Мы очень хотим вам помочь! – вновь пропел блондин все тем же приторно-сладким голосом.
Похоже, нервное сглатывание комков страха входит у меня в привычку.
– Это ваш цветочек? – поинтересовался светловолосый ролевик, указывая на авокадо в моих руках.
Я помотала головой. Типа, мы знать не знаем, чей горшок, и вообще мимо проходили. Но руки, противореча ответу, поплотнее перехватили «сокровище».
– Ну-ну, врать нехорошо и очень опасно, – вкрадчиво сообщил парень и подошел почти вплотную.
Во избежание нового удушения призналась:
– А если и мой, то что?
– Веди.
– Куда? – Корчить дуру, так до последнего.
– Домой, девушка, домой.
Вместо ответа я хотела закричать, но передумала, когда подтянулись еще два ролевика. Напугало не увеличившееся количество моих потенциальных убийц, для этого и одного разноглазого вполне достаточно. Просто у вновь прибывших обнаружились мечи в пристегнутых к поясу ножнах. Если мальчики-мажоры безбоязненно ходят с холодным оружием средь бела дня, то искать спасения у блюстителей правопорядка бесполезно. Да и как искать это самое спасение, если ролевики-уголовники обступили со всех сторон? Раз пикнешь – тут же и прибьют.
– А зачем домой? – решила я потянуть время.
Может, разноглазый увидит этот беспредел в окно и поможет. Хотя кого я обманываю? В лучшем случае смотает удочки и даст деру. Но это тоже вариант.
Блондин приблизился вплотную, взял меня за подбородок и заглянул в глаза.
– Ведь ты там спрятала Ровала?
Губы опять онемели. Значит, разноглазого зовут Ровалом. Странное имя, да и для фамилии необычно звучит… Прозвище, что ли? Гипнотизер криворукий, хоть бы возможность врать оставил. А то: «Про меня ни слова!»
– Можешь не отвечать, – дружелюбно заверил голубоглазый.
И тут началось что-то с чем-то…
Черные зрачки в мужских глазах расширились настолько, что практически проглотили всю синеву радужки. Я смотрела в омуты и не могла оторваться, а голова взорвалась болью, обжигающей и тошнотворной. Вырваться и с чистой совестью «излить душу» не получилось – лысый ухватил за второй локоть.
– Он там, – наконец заключил блондин и отпустил мой подбородок.
Вместе с этим пропали и головная боль, и тошнота. Как мало человеку нужно для счастья…
Я не удержалась и с облегчением выдохнула. Правда, почти тотчас сердито зашипела, так как меня неучтиво пихнули в спину.
– Давай вперед. – Голос у лысого оказался грубый и хриплый, как у курильщика с двадцатилетним стажем.
Пришлось переставлять ноги. В противном случае я рисковала повторить участь мешка, который волокут по земле.
Когда подошли к подъездной двери, я начала усиленно молиться, чтобы на лестнице встретился кто-нибудь из соседей. Но согласно закону подлости никто сегодня свои тридцать три квадратных метра покидать не желал. Да что за ерунда? Где все люди?
Открывая замок, я молилась, чтобы разноглазого в квартире не оказалось.
Дверь отошла в сторону, и меня тут же отодвинули от прохода, пропуская вперед двух мечников. Бандюки явно не первый раз участвовали в захвате. Они ринулись в квартиру, на ходу выхватывая оружие.
Мое сердце припустило как загоняемый заяц, руки плотнее прижали авокадо к груди. Сейчас у меня в квартире появится труп. И поди потом докажи, что это не я его прирезала!
В горле пересохло, а колени подогнулись. Если бы не крепкая рука лысого, то точно бы упала.
А непродолжительная возня в квартире закончилась фальцетным «А-а!» и звуком падающего тела.
– Дрэнг, с тобой не воины, а хлюпики!
Голос разноглазого заставил облегченно выдохнуть и мгновенно напрячься: у меня теперь два трупа в квартире?!
– Краков сын, и когда ты успел восстановиться? Эта ведьма помогла? – крикнул в темноту квартиры блондин, а меня одарил убийственным взглядом.
– Да нет, просто дозу надо было больше делать. Зелье отчуждения очень быстро выветривается, – донесся насмешливый ответ.
Дрэнг что-то хотел ответить, но на пятом этаже щелкнул замок и открылась скрипучая дверь.
– Уув-уф! – Ротвейлер оповестил весь подъезд, что его выводят на прогулку.
Я набрала в грудь воздуха для зычного «помогите», но меня затолкали в квартиру и захлопнули дверь. Пришлось несколько раз моргнуть, чтобы привыкнуть к полумраку прихожей.
Когда же глаза адаптировались, я увидела ночного «пациента». Разноглазый стоял на пороге комнаты и вытирал меч кухонным полотенцем. Голова закружилась, и теперь я сама хваталась за лысого, а он отбрыкивался и шипел:
– Дура, не мешай!
А я не мешаю, я падаю!
Пока цеплялась за руки шрамированного качка, нащупала в них что-то большое и деревянное. Резко отдернула конечности, присмотрелась. Лысый держал арбалет и недвусмысленно указывал им на моего черноволосого гостя.
Так вот ты какая – мишень для авокадо! Где же ты прятал это чудо инженерной мысли Средневековья? В подпространственном кармане?!
Логика сжалилась и дала разумный ответ: на спине. Чтобы не сползти на пол от накативших противоречивых чувств, я вновь уцепилась одной рукой за арбалетчика.
– Выстрелишь, и вместе с ним, – Ровал указал на хмурящегося голубоглазика, – будете доживать свою жизнь в этом сумасшедшем мире. Отпустите девчонку, и мы обсудим условия вашего возвращения в Лирэнд.
Падать в обморок после слов разноглазого я сразу передумала. Сосредоточилась на сказанном. Меня отпустят – это плюс. Они все психи – это минус.
Не получив ответа, брюнет добавил еще парочку туманных аргументов:
– Дрэнг, ты сам прекрасно знаешь, как мы оказались здесь и что для возвращения тебе нужен я. Но я вполне могу уйти и один, с помощью артефакта.
– Отпущу девку, а ты отдашь «Сияние Илидэр», – потребовал белобрысый и, выхватив из-под куртки кинжал, приставил к моему горлу.
Отшатнуться не позволила вездесущая рука лысого, которая на этот раз решила проверить прочность моей шевелюры. Я ойкнула, а Ровал рассмеялся. И смех у него был звенящий как сталь.
– А с чего ты решил, что она стоит такого обмена? Да и смысл, если ты «Сиянием» пользоваться не можешь?
Что значит – стою?! Да я большего стою, чем какой-то там ролевиковский артефакт!
От нахлынувших обиды и страха в груди сжался болезненный комок, а глаза защипало. Я этому хамлу помогала, а он, можно сказать, мне смертный приговор вынес!
– Тогда ее лучше убить, чтобы не мешалась под ногами.
Лезвие слегка дернулось, и по моей шее сбежала теплая капля. Место пореза безбожно защипало. Я остолбенела от ужаса.
Нет! Я не готова умирать! Я не хочу умирать! Только не так…
– Давай. С ее последним вздохом я уйду через портал, а вы останетесь, – скучающим тоном заявил разноглазый.
Дрэнг рыкнул, но оружие убрал и кивнул лысому, мол, отпускай. Как только волосы оказались на свободе, я рванула в комнату. Ровал перехватил меня на пороге и шепнул:
– Не бойся, глупая, слово даю: никто тебя не убьет. И заходить туда не стоит.
Действительно, не стоило входить, даже заглядывать. Лежащая в луже крови голова, отделенная от тела, не способствовала восстановлению душевного равновесия. Чтобы унять подкатившую дурноту, я глубоко вдохнула через рот и плотнее прижалась к спасителю. Стало легче и спокойнее. Я искоса взглянула на разноглазого. Тот довольно улыбнулся, ничего не имея против. И спасибо, а то я сползла бы на пол как мешок.
– Ну и как будем возвращаться? – окончательно сдался на милость победителя блондин. Меня же смерил таким взглядом, будто я препарируемая лягушка.
– Хм, даже условия диктовать не будешь? – удивился мой гость. – Тогда сразу во дворец. Думаю, Совету будет очень интересно послушать твои оправдания.