Город падших ангелов

– У вас нет вопросов? – напряженно спросила Джослин. – Понятно, насчет чего я звонила?
– Вы хотели узнать о ребенке, – ответила женщина на том конце провода. Надо бы положить трубку, но Клэри не смогла себя пересилить. Что за ребенок? В чем дело? – О сироте.
– Д-да, – чуть запинаясь, подтвердила Джослин. – Я подумала…
– Мне жаль, но ребенок умер. Прошлой ночью.
Какое-то время Джослин молчала. Клэри даже отсюда ощутила потрясение матери.
– Умер? Как?!
– Я сама поразилась. Пришел священник крестить дитя, и…
– Господи, – дрожащим голосом перебила ее Джослин. – Можно… прийти и взглянуть на тело?
Выдержав долгую паузу, медсестра наконец сказала:
– Не уверена. Тело в морге, ожидает перевозки в офис коронера.
– Катарина, по-моему, я знаю, что стало с ребенком, – едва слышно произнесла Джослин. – Если догадка подтвердится, мы сумеем предотвратить подобное в будущем.
– Джослин…
– Я еду, – сказала мать и повесила трубку.
Сама Клэри еще некоторое время тупо смотрела на трубку у себя в руке. Поставила ее на базу и выбралась из кровати. Причесалась, влезла в джинсы и как раз успела выйти из спальни, чтобы застать Джослин в гостиной. Оторвавшись от написания записки, мама виновато взглянула на дочь:
– Мне по делам надо. В последний момент всплыли кое-какие дела насчет свадьбы…
– Вот только не надо врать, – в лоб заявила Клэри. – Я слышала разговор по телефону и знаю, куда ты намылилась.
Побледнев, Джослин медленно отложила ручку:
– Клэри…
– Хватит меня опекать. Люк тоже не в курсе, что ты звонила в больницу?
Джослин нервно откинула со лба волосы:
– Не хотела его зря беспокоить. И без того свадебных хлопот выше крыши…
– Про свадьбу ты верно заметила. Про вашу свадьбу. Вы женитесь! Пора бы довериться Люку полностью. И мне тоже.
– Тебе я доверяю, – тихо произнесла Джослин.
– То есть ты не против, если я вместе с тобой отправлюсь в больницу?
– Клэри, по-моему…
– Знаю я, что там по-твоему. Боишься, будто с тем ребенком случилось то же, что и с Себастьяном… Джонатаном. Кто-то ставит на детях те же опыты, что и на моем брате?
– Валентин мертв, – чуть дрогнувшим голосом напомнила Джослин. – Правда, есть другие члены Круга, которых так и не призвали к ответу.
Да и тело Себастьяна не нашли. Клэри очень не любила напоминать себе об этом. К тому же Изабель точно видела, как Джейс вонзил кинжал в спину Джонатану и тот совершенно определенно умер от раны. Изабель даже вошла в воду и проверила пульс: сердце Джонатана не билось.
– Мам, он был моим братом. Я имею право поехать с тобой.
Джослин очень медленно кивнула:
– Хорошо, я согласна. – Потянувшись за висящей у двери сумкой, она предупредила: – Только надень куртку. В прогнозе обещали дождь.
* * *
В столь ранний час народу в парке было немного. Прозрачный холодный воздух, листья плотным лоскутным ковром устилают мостовую: красные, золотые, темно-зеленые… Саймон пинал их, проходя под каменной аркой в северной оконечности сквера.
Несколько бомжей спали на скамейках, завернувшись в спальные мешки или протертые пледы, уборщики в зеленой форме опустошали мусорные корзины, продавец выпечки шел через парк, толкая перед собой тележку с пончиками, нарезанными багелями и кофе. Люк – в зеленой ветровке на «молнии» – ждал у круглой чаши каменного фонтана. Увидев Саймона, он помахал рукой.
Саймон неуверенно помахал в ответ. Его не оставляло ощущение, будто он вляпался в неприятности. Выражение на лице Люка лишь усугубило дурное предчувствие: усталый, оборотень выглядел довольно напряженным. На Саймона он смотрел очень и очень любопытным взглядом.
– Саймон, спасибо, что пришел.
– Да ну, какие проблемы. – Холода Саймон не испытывал, но руки, чтобы хоть чем-то их занять, спрятал в карманы куртки. – Что стряслось?
– Я не говорил, будто что-то стряслось.
– Зато вытащил меня в парк ни свет ни заря. Если дело не касается Клэри…
– Вчера в свадебном салоне ты спрашивал о некой Камилле.
Из близлежащей рощи, каркая, вылетела стая птиц. Вспомнилась считалочка, которую любила повторять мать: «Десять сорок, десять сорок, сколько увидел – то будет в срок: одна – к неудаче, две – мы не плачем, три – к именинам, четыре – к крестинам, пять – к серебришку, шесть к золотишку, семь – к страшной тайне, рот на замок…». [19]
– Помню, – ответил Саймон, – спрашивал.
Он сбился со счета. Семь сорок… Тайну, какой бы она ни была, раскрывать нельзя.
– Ты слышал о трупах нефилимов, найденных за последние несколько дней? – спросил Люк.
Саймон медленно кивнул. Понятно, к чему ведет оборотень.
– Похоже, ответственность за убийства несет Камилла, – сказал Люк. – У меня из головы не идет, как ты спрашивал о ней. Понимаешь, ее имени не упоминали столько лет, а тут я дважды услышал его за день. Совпадение, не находишь?
– Ну, случается…
– Порой. Не всегда совпадения – верный ответ на вопрос. Сегодня ночью Мариза ждет Рафаэля на разговор. Хочет расспросить о возможной причастности Камиллы к смертям. И если выяснится, что ты знаешь о ней что-то или даже встречался с ней… В общем, не допусти удара исподтишка.
– Теперь нас двое. – В голове у Саймона вновь запульсировало. Разве голова у вампиров болит? У Саймона боли начались только в последние дни. – Я встречался с Камиллой дня четыре назад. Решил, будто меня вызывает Рафаэль, – оказалось, что она. Предложила сделку: если буду работать на нее, стану, типа, вторым вампиром на районе.
– С чего она предложила тебе работу? – нейтральным тоном спросил Люк.
– Ей известно о Печати. Камилла говорит: Рафаэль предал ее, и я должен помочь ей вернуть место лидера. По мне, так Камилла Рафаэля не сильно-то любит.
– Оч-чень любопытно. Я слышал иную версию истории: Камилла на неопределенное время оставила пост главы клана, назначив Рафаэля своим заместителем. Если она сама временно наградила его властью, о каком тогда предательстве идет речь?
Саймон пожал плечами:
– Понятия не имею. За что купил, за то и продаю.
– Почему ты сразу о ней не рассказал, Саймон? – очень тихо поинтересовался Люк.
– Она просила сохранить разговор в тайне. – М-да… глупая отмазка. – Я прежде таких вампиров не встречал, только Рафаэля и его свиту из «Дюмора». Трудно описать, что Камилла собой представляет… Что ни скажет – веришь, чего ни попросит – хочется ей угодить. Впрочем, она лишь играла со мной.
Купив у проходившего мимо торговца кофе с багелем, Люк присел на край фонтана. Саймон опустился рядом.
– Указавший на Камиллу говорил, будто она из древних, – сказал Люк. – Она, похоже, очень, очень старый вампир. Большинство известных мне кровососов по сравнению с ней младенцы.
– Меня она заставила почувствовать себя букашкой. Дала пять дней на размышления. Если в указанный срок я не соглашусь на нее работать, то больше она меня не побеспокоит. Я обещал подумать.
– Ну и как? Решился?
– Если нефилимов убивает Камилла, то я не желаю иметь с ней ничего общего. Уж это точно.
– Мариза обрадуется.
– Вот и ты сарказмом брызжешь.
– Нисколько, – на полном серьезе возразил Люк. В такие моменты Саймон забывал о мирной сущности Люка, почти что отчима Клэри, который всегда рядом, готов подбросить из школы до дома, дать десятку на книжку или на билет в кино. Сейчас перед Саймоном был вожак крупнейшей в Нью-Йорке стаи оборотней, к нему в решающие моменты прислушивается сам Конклав. – Ты забываешь, кто ты, Саймон. Забываешь о своей силе.
– Может, я намеренно хочу о ней забыть? – горько произнес Саймон. – Может, если к силе не прибегать, она уйдет?
Люк покачал головой:
– Любая сила, как магнит, притягивает жаждущих заполучить ее. Например, Камиллу. Придут и другие. Нам повезло, что не явились все сразу… – Люк посмотрел на Саймона: – Если Камилла призовет тебя, дашь мне или Конклаву знать, где она скрывается?