Академия смертей. Учеба до гроба

– Что не так?
– Джульетта Мор, кто дал тебе право сбегать с работы?
– А ничего, что мне надо найти диплом? И рыбку съесть, и на стульчик сесть!
– Ты наказана! Офелия, кстати, тоже. В моем доме сестры не дерутся, как какие-то невоспитанные хулиганки!
– Папа, скажи честно, у академии проблемы с финансированием? – спросила я.
Отец немного опешил.
– Да нет. Грант даже получили.
– Тогда какой вечности ты экономишь деньги академии? Меня в приемную засунул, мелкую к швабре приставил. Класс! Сделал вид, что наказал, а что зарплату двум штатным единицам платить не надо – это так, издержки воспитательного процесса!
– Брала бы лучше пример с сестры, – проворчал отец. – И в кого ты такая? Она как с утра ушла на территорию, так и работает! Садовник на нее не нарадуется.
Словно сама судьба шепнула и подсказала, я повернула голову, посмотрев в окно. И как раз увидела, как работает Фели. С трудом удержалась, чтобы не рассмеяться в голос.
– Па-а-ап, можно два вопроса?
– Да?
– Ты вообще Фели сегодня видел?
– Нет, какой второй?
– Окна кабинета Смерти на эту же сторону выходят?
Надо отдать должное папиной сообразительности и спортивной подготовке. Через две минуты он уже утаскивал сестру за ухо со двора. А я воспользовалась моментом и нагло сбежала. Ибо получать еще и за косяки сестры не очень-то хотелось.
Садовник не нарадуется. Естественно! Там такие наклоны в коротеньких шортах!
 
Глава 4
 
Щепотка трагедии и немного дурдома
 
Я сидела на веранде, когда отец и Офелия вернулись. Попивала домашнее малиновое вино с легкими нотками амброзии, грела на закатном солнышке ноги и довольно жмурилась.
– Ты совсем офигела?! – возмутилась сестра. – Пап! Она пьет прямо у дверей! Не стесняется!
Я даже не стала ничего отвечать, только задумчиво потерла пальцем запотевший бокал.
– Джульетта Мор, ты наказана! – рявкнул отец. – Немедленно убери вино и иди к себе…
Он осекся и замолчал. Потом выпустил из рук папку с документами, забывшись, и едва успел подхватить.
На пороге дома появилась бабушка. Бабулечка. Теща. Я едва сдержалась, чтобы не рассмеяться, как злой Санта. Офелия бросилась в бабушкины объятия, а папа как-то растерял весь настрой меня ругать.
– Вино «Вдохновение», – фыркнула я. – Слушай, ба, вот как оно вдохновляет, если меня с половины бокала уносит Харон знает куда?
– А ты закусывай, – посоветовала бабушка, оторвав от своего венка пару виноградинок.
– Мама, положите меч, – осторожно попросил отец.
Бабушка, а звали ее Мельпомена, в юности давала жару подопечным. Еще бы, будучи музой трагедии-то. Уж давно сменилось поколение муз, а вот привычка ходить с мечом никуда не исчезла. Благодаря чему бабушка превращалась в грозного противника. И папа ее вполне обоснованно побаивался.
Века почти не изменили молодую красивую женщину, но с некоторых пор она предпочитала выглядеть постарше, справедливо полагая, что каждый возраст хорош по-своему. Даже если мы бессмертные и не стареем в принципе. Поэтому моя бессмертная бабушка чем-то напоминала обычную земную. Только с мечом. И венком. И в тунике.
Как и у всех… почти у всех женщин нашего рода, у бабушки были длинные светлые волосы. Она обладала хорошей фигурой с формами, о которых мне можно было только мечтать. Улыбка ее в свое время свела с ума не одного актера, а как она пела! Недаром была матерью сирен. Только характер подкачал. Я хоть и демонстративно радовалась приезду бабушки, а все ж представляла, чем он обернется. Если папа и Мельпомена встретились в одном доме – жди скандала.
– Все в дом! – радостно провозгласила бабуля. – Я привезла вам подарки! Вы не представляете, эти нынешние смертные делают такие штуки!
– Странно, вроде бы моя теща – это муза трагедии, – недовольно пробормотал отец. – Тогда какой вечности каждый ее приезд превращает мой дом в цирк?!
Бабушка расположила коробки с подарками в гостиной. Часть из них уже была передана маме на кухню, откуда я и стащила – с негласного разрешения мамы – бокал малинового вина с амброзией. А вот часть подарков оставалась нераспакованной, и мы с нетерпением ждали, чем порадует нас бабушка. Просто в прошлый ее приезд нам с Фели достались бриллиантовые серьги, маме диадема с сапфирами, Церберу коробка вкуснейших адских колбасок, а папе – мешок огурцов. Все с нетерпением ждали, чем она порадует нас в этот раз.
– Ну вы девочки уже взрослые, – начала бабуля издалека. – Поэтому пришло время дарить вам взрослые подарки.
– Мама, вы что, были в магазине для взрослых? – осторожно уточнил папа и, кажется, изготовился закрывать Фели глаза.
– Нет, я была в книжном магазине, – язвительно проговорила бабушка. – Но в одном ты прав – магазин для взрослых, так что иди леденец погрызи, болван великовозрастный.
Мы фыркнули, но под суровым взглядом отца сделали возмущенные лица.
– Книжки? – скривилась Офелия. – Ба, а у нас чего, книжек нет?
– Таких – нет! – отрезала бабушка, извлекая прямоугольные свертки.
Мы все расселись вокруг бабушкиного кресла и едва ли не затаили дыхание.
– Офелия! – провозгласила она. – Ты вступаешь в пору, когда девочка начинает читать любовные романы!
– Мама! – воскликнули хором родители.
– Ша, я приличные привезла! – осадила их Мельпомена. – Вот.
Я вытащила из стопки книг парочку в мягкой обложке и, стараясь не хихикать, прочитала:
– «Капкан страсти», «Лепестки страстного олигарха»… Лепестки? Это ботаника или ужастик?
– Отдай! – У Офелии уже горели глаза.
– Нет, ты это читать не будешь! – Папа сделал попытку вырвать из рук сестры книжку.
– На! – Бабушка всунула ему какую-то темно-синюю книжку. – Тут про тебя, наверное, пишут. Дарю!
– «Магия стерв», – прочитал медленно краснеющий папа.
Мама округлила глаза и, пробормотав что-то насчет обеда, поспешно скрылась в кухне. Офелия уже читала про капканы и страсть. Я тоже собралась было линять, но не успела. Мне вручили огромную стопку книг.
– Бабушка, это «Камасутра»?!
– Читай-читай, тебе скоро замуж, надо мужа радовать подготовкой.
– «Как соблазнить ректора», – продолжала я читать названия, – «Избранным вход запрещен!» – это что, намек на то, что мой потолок – секретарша?
– Это романтическое фэнтези, дуреха! – снисходительно рассмеялась бабушка. – Очень популярно.
– А почему на этой книге нарисованы трусы в клубничку?
– Так! – пришел в себя папа. – Джульетта, Офелия, а ну отдайте немедленно! Вам еще рано читать такие книги, ясно?
– Мне вообще-то двадцать…
– А вот будет сто двадцать, тогда поговорим! – отрезал он. – Офелия! Немедленно!
Надувшаяся Офелия вернула все книги отцу, тот сложил их в коробку и куда-то унес.
– Ужинать, девочки! – крикнула мама из кухни.
А бабушка нам лукаво подмигнула.
– Ничего, я в электронке скачала!
Но если папа надеялся, что все проблемы разом кончатся с ликвидацией книжной коллекции, то он жестоко ошибался. В нашей семье если уж начало что-то происходить, то само по себе не утихнет.
– Нет-нет-нет! – Бабушка категорически не желала пускать маму к завершению сервировки. – Твои дочери достаточно взрослые, чтобы накрыть на стол. Джульетта, займись посудой, а ты, Офелия, неси ужин.
Посуда так посуда. Пожав плечами, я принялась выставлять на белоснежную скатерть бокалы и тарелки. По случаю приезда Мельпомены мама приготовила фирменного гуся. Я бы не отдавала его на попечение Офелии, но у всех свои причуды.
Когда краем уха я услышала свое имя, насторожилась.
– Не рано, милая, не рано, – бабушка тихо уговаривала маму. – Как раз академию закончит, поработает, да и детишек воспитывать. Он хоть из приличной семьи?
– Сын всадника, – кивнула мама. – Они еще почти дети!
– Вот и будут вместе взрослеть. А за кого? Ровесник – самое то. Зачем ей разница в несколько сотен лет? О чем они будут говорить? А здесь и наработаются вместе, и перебесятся. Нет, правильно. Все правильно.