Нейтральные миры
«Баг, как ты это сделал?»
И видимо, это его спокойное и при этом подавляющее своей силой внушение заставило всех оставить свои негодование и гнев и с удивлением посмотреть в мою сторону.
– Как он сделал что? – тихо спросил у Мука Лениавес.
«Восстановил этот артефакт», – просто ответил тот и показал рукой на ставший светло-голубым камень, который до сих пор лежал у меня в руке.
«Процедура слияния завершена. Текущее внедрение ментоструктуры в материальный носитель оптимально. Готовность к работе – сто процентов. Работоспособность артефакта в пределах нормальной погрешности. Эффективность работы артефакта повышена на три процента», – как раз в этот момент доложил мне ментоинтерфейс.
И что самое главное, камень претерпел значительные внешние изменения, на которые не обратить внимания было достаточно сложно. Он кардинально сменил свою окраску и из тёмно-красного превратился в светло-голубой камень.
«Н-да, надо заканчивать со своими фокусами», – решил я, рассматривая распахнутые изумлённые глаза всей нашей компании, ну, разве что за исключением Рыкуна и Мука.
Одному было абсолютно всё равно, он наелся и дрых без задних ног, а второй просто не умел так выражать свои эмоции, как все остальные.
«Так как ты это сделал? – вновь спросил Мук. – Я не почувствовал никакой магической активности». – И он вопросительно посмотрел на меня, как, впрочем, и все остальные.
И как мне всё это объяснить?
Наверное, лучше просто сказать им часть правды, сейчас они поверят любым моим словам.
– Ну, у меня есть предположение, что я не такой слабый маг, как вам кажется, – ответил я им. – Никакого другого объяснения у меня пока нет.
– Это невозможно, – в один голос заявили все.
Но, посмотрев на зажатый в моём кулаке камень, Лениавес сказал:
– Хотя кто его знает, что вообще возможно, а что нет, – и, уже немного более расслабленно усмехнувшись, добавил: – Зато как много твоих странностей теперь можно списать на это твоё объяснение, тебе не кажется?
Я, усмехнувшись, ответил:
– А может, в этом и был мой план? – И, подмигнув ему, рассмеялся в полный голос, наблюдая за ещё более удивлёнными лицами своих спутников.
Этот замечательный момент своим вопросом испортил Мук:
«Но он так и не сказал, что он сделал? – И обвёл своими большими круглыми глазами всех нас. – Не сказал же?» – повторил он.
– Ты всё ещё не понял? – спросил у него корнол.
«Что?» – не понял наш маленький демон.
– Он никогда и никому ничего не скажет. – И, усмехнувшись, Лениавес обратился уже ко мне: – Я ведь прав?
– Ну, я бы не был столь категоричен, – ответил я. – Всё может быть в этой жизни.
– Ну-ну, посмотрим, – хмыкнув, произнёс тот и, подойдя ко мне и попросив камень, стал вертеть его в руках. – Действительно, я видел такие же экземпляры. Интересно, работает? – И опять раскрыл артефакт на две половины. – Похоже, да, – сам себе сказал он, вернув мне его. И обратился ко мне: – Я так понимаю, у тебя уже есть какой-то план, как нам не остаться в этом мире, а перейти в нейтральные?
К моему ответу, похоже, прислушались все, включая, казалось бы, дремавшего мгновение назад Рыкуна.
– Да, есть у меня одна идейка, – ответил я.
– И что это за идея? – спросила Эрея, озвучив прямой интерес к нашему разговору, не только свой, Теи и Лениавеса, но и Мука, который постоянно старался всё услышать и понять.
– Ну, как вам сказать?.. – И, обдумав свои слова, спросил у корнола: – Лениавес, что бы ты ответил, если бы узнал, что у меня есть ещё один точно такой же камень?
– Хм. Интересно. Сказал бы, что это наш шанс. – Однако подозрительно посмотрел на меня. – Но как-то не верится в такое совпадение или стечение обстоятельств. Слишком уж оно вовремя произошло. Особенно с учётом того, что ещё полчаса назад ты даже понятия не имел, что этот камень существует в природе и представляет собой хоть какую-то магическую или иную ценность. Да и его назначение для тебя должно было оставаться полной загадкой. Однако вот оно, доказательство того, что я совершенно ничего не понимаю в этом мире. – И оборотень приподнял мою руку с зажатым в ней камнем Теи. – В результате всего этого я в последнее время как-то начал сомневаться в своей способности реально оценивать происходящее вокруг. К тому же я перестал, вернее, это ты вынудил меня своими постоянными загадками, обращать внимание на все странности, связанные с тобой. Особенно это актуально потому, что я знаю: ты просто проигнорируешь мой вопрос насчёт их и пойдёшь себе дальше как ни в чём не бывало. Хотя, заметь, это не очень вежливо с твоей стороны, – вроде как в шутку упрекнул он меня. – Так что я просто приму на веру эти твои слова. Будем считать, что у тебя тоже есть свой возвратный камень. И если принять за правду всё вышесказанное, то у меня к тебе всего один-единственный вопрос. Ты знаешь, куда он ведёт, к какому миру этот камень привязан? Или нет? – Он было замолчал в ожидании ответа, но, видимо вспомнив ещё что-то, пояснил свою и так длинную речь: – Это я спрашиваю для того, чтобы определиться с нашими дальнейшими действиями. Мне приходилось бывать в нескольких нейтральных мирах, я знаю их названия и знаю пути, которые ведут к ним. Поэтому логичным было бы разбиться на две группы и встретиться в одном из них. Правда, чтобы это сделать, придётся пользоваться внутренними порталами. А для этого нам потребуются кредиты. Хотя за каждый переход взимают всего по двадцать пять кредитов, но я не знаю, сколько таких переходов в принципе потребуется сделать. Однако можно купить абонемент на пользование внутренними порталами для каждого из нас, и если окажется, что нам потребуется совершить множество переходов, это будет значительно дешевле и выгоднее. Такой абонемент стоит двести кредитов для каждого. Правда, придётся учесть и твоего зверька. – Он указал на вновь задремавшего Рыкуна. – Оплата происходит за каждого живого или разумного, воспользовавшегося порталом. Но это не так и много, поверь мне, в центральных мирах за эти деньги даже в самой захудалой гостинице или таверне комнату на ночь не получится снять. Но это пока не очень актуально. Главное – сейчас всё же определиться с тем, известна ли тебе точка привязки возвратного камня? – И он прямо посмотрел на меня.
«Смотри-ка, – поразила меня его искренняя и честно произнесённая речь, – а он ведь действительно полностью доверяет мне. – Это я понял по тем изменениям в его ауре, что смог рассмотреть и которые сумел зарегистрировать и расшифровать Искатель. – И он полностью уверен в том, что если я упомянул возвратный камень, то этот самый камень наверняка у меня есть. – А затем посмотрев на девушек и Мука, понял, что и они верят каждому моему слову. – Неужели я успел заслужить их такое непоколебимое доверие и наработать себе такой весомый и неоспоримый авторитет, – удивился я, – ведь ещё совсем недавно Эрея не хотела даже прислушиваться к моему мнению, а Тея так вообще знает меня чуть меньше часа».
Понять я мог только Мука и корнола, один из них был моим вассалом, а второй знал меня уже, похоже, достаточно хорошо, чтобы не усомниться в правдивости моих слов.
«Теперь осталось не подвести их и не разбить надежд моей такой разношёрстной, но сплочённой компании, у которой совершенно нет секретов друг от друга. – Я усмехнулся. – Точно прямо все так и изливают душу друг другу».
В то, что Тея рассказала нам не всю предысторию своего появления в городе, я не сомневался. Эрея – дочь правителя очень сильного государства в одном из срединных миров, да у неё по определению должна быть целая куча секретов в загашнике. Корнол с Муком – это вообще две ходячие загадки. И хотя они кажутся простыми и открытыми парнями, но копни чуть глубже – и тут же выяснится ещё что-то, как в случае с Лениавесом.
Даже Рыкун и тот оказался не так прост, как выглядел. Это его преобразование и практически мгновенное развитие и увеличение умственных способностей, которое можно было наблюдать сейчас, не похожи на какие-то заурядные возрастные изменения. Тут что-то, напрямую связанное с магией преобразований.