Продажа на аукционе красивого юноши-раба
Тот ощутил в себе дикий стыд. Покраснев, словно юный девственник никогда не пробовавший женского тела.
Славка содрогался, его сердце колотилось, как камни в погремушке.
И его тряска, стыд, и явное смущение завораживающе подействовали на женщин. В самом деле, это такой милый, удивительно красивый мальчик с золотистыми волосами, и еще к тому же девственник, заставляющий трепетать прекрасный пол в томлении.
Женщина толстая как бегемот проорала:
- Пятнадцать тысяч баксов!
Женщина чуть стройнее выдала:
- Двадцать тысяч!
Женщина в монашеском платье пробурчала:
- Двадцать пять тысяч!
Юная девчонка пискнула:
- Тридцать тысяч!
Старушка прохрипела:
- Тридцать пять!
Женщина с бриллиантовыми сережками и довольно приятная на вид выдала:
- Сорок!
Еще одна представительница прекрасного пола с крупным ожерельем из отборного жемчуга на шее провизжала:
- Сорок пять тысяч!
И наконец, женщина в парандже и с довольно молодым голосом выдала, жестоко и четко:
- Пятьдесят тысяч!
Как обычно на круглой цифре возникла пауза. В самом деле, за такую сумму можно купить хороший и новый автомобиль. Или снять на час пять сотен не худших женщин-проституток. Или двести пятьдесят опытных мужчин-альфонсов на два часа, или пятьсот не столь опытных и классных. Стоит ли так заводиться.
Тем более этого юного красавчика, можно будет снять и позже за меньшую сумму.
Елена, которая так долго ждала, задрожала от нетерпения. Какой он красивый. И вместе с тем краснеет, словно юная девушка, и трясется словно ягненок перед бойней.
Распорядительница подняла молоточек и стала произносить:
- Пятьдесят тысяч долларов раз! Пятьдесят тысяч долларов два... Пятьдесят тысяч долларов...
Елена не своим голосом выкрикнула:
- Шестьдесят тысяч!
Все повернулись. Увидели стройную фигуристую женщину в маске. И с очень приятным и многим знакомым голосом.
Славке очень захотелось, чтобы эта красавица прикрытая маской купила бы его хоть на одну ночь.
А то встреча с арабкой его пугала. В самом Восток отличается жестокостью. И там могут быть просто страшные извращения. Хотя его нельзя убивать и калечить, но он должен делать все что попросит его купившая женщина.
И ни в чем не отказывать.
Впрочем, красавица в парандже и не пробовала уступать:
- Семьдесят тысяч!
Елена буркнула:
- Восемьдесят!
Женщина закрытая резко бросила:
- Сто тысяч долларов!
По залу пронесся гул. Да сумма за одну только ночь с альфонсом невиданная. Но когда проходит аукцион, то возникает азарт торга, с которым трудно справиться.
А у многих женщин еще нет мужей. Они или вдовы, или сколотили свой капитал самостоятельно, или успели получить наследство еще не выходя замуж. Или мужья фиктивные.
Так что было кому вступить в торг.
Юная девушка прокричала:
- Сто десять тысяч!
Женщина под вуалью рыкнула:
- Сто двадцать!
Женщина с бриллиантовыми сережками выдала:
- Сто пятьдесят!
Тогда женщина в парандже прокричала:
- Двести тысяч!
Елена запальчиво буркнула:
- Двести пятьдесят!
Девчонка с ожерельем из рубинов выдала:
- Триста тысяч!
Толстая баба провыла:
- Четыреста тысяч!
Тогда женщина в парандже прокричала, во всю глотку:
- Миллион долларов!
Это уже серьезная и крупная сумма. За такие суммы покупают картины, породистых лошадей, или целую армию проституток. На ночь можно заказать и элитную проститутку за тысячу. Тем более рубль падает и идет война и дальше ожидается, будет только хуже.
Наступила тяжелая пауза. Для миллиардера мужа Елены, миллион долларов не такая уж смертельная сумма. Но именно для мужа. А для нее это слишком заметно. И целый миллион ушедший со счетов так просто не скроешь и не оправдаешься.