Не время для героев. Том 3

За оружие берётся самая северная провинция королевства. Не слишком населённая — всего десять тысяч жителей на один город и десяток деревень вокруг него.
Но один из постов в ней занимает тот самый ублюдок Харран, которого мне пришлось поставить на место во время собрания… Высший, как и четверо его братьев и сестёр, в итоге присягнул на верность мне и новому закону, и стал наместником одной из пяти провинций страны (за неимением лучшего кандидата).
Но выдержал недолго, решив потягаться со мной властью и силой… Судя по сообщениям, он во всеуслышание объявил северные территории «истинным Ялайским королевством», а себя — законным преемником Ирандера. Харран называл меня «лже-владыкой» и утверждал, что я — пешка Императора, и звал под свои знамёна всех, кто недоволен моими действиями.
Что ж, весьма опрометчиво с его стороны.
Я ожидал подобного, когда менял устои королевства, ведь перчатка не была способна решить всех моих проблем, чтобы там не обещал Советник. Да, Ирандер с помощью замка и частицы Арканума полностью контролировал чернокнижников, но для меня это работало не так безоговорочно.
Сначала я действительно мог связаться с кем угодно, призвать его, и даже отдать приказ убить себя…
Когда Советник только-только привёл меня в замок, взорвал голову Высшему и объявил новым владыкой, все малефики и генералы приняли это как должное — даже те, кому такое решение пришлось не по нраву. Кто-то сомневался, кто-то боялся за свою жизнь и не решался перечить, но факт оставался фактом — перчатка Ирандера была связана со всеми чернокнижниками королевства и всеми солдатами, и каждым из них по отдельности или всеми вместе я мог управлять.
Но всё изменилось.
Я не сразу выяснил, что Высшие, Направляющие и прочие малефики привязаны не совсем к перчатке — а к силе Ирандера, к его остаточной сути, если можно так выразиться. Со временем она рассеялась, разорвав связь с колдунами.
Донести свою волю до малефиков, связаться с ними я всё ещё могу — но заставить их убить себя, уничтожить на расстоянии или даже перенести к себе с помощью порталов против воли — уже нет.
И чтобы восстановить «привязку» требуется немыслимое — принести двести колдунов в кровавую жертву перчатке…
Об этом мне рассказывает Беренгар, и он же настоятельно советует подумать о проведении ритуала как можно скорее — но я отказываюсь.
Не собираюсь уподобляться Ирандеру, не хочу «кормить» перчатку, а кроме того — хочу показать своему народу, что есть и другой путь.
Так что для подавления восстания я, с небольшим войском, отправляюсь на север лично…
    
Глава 17 
 — Восстание
— Приготовиться!
Ряд из пятидесяти малефиков в чёрных балахонах, выстроившихся передо мной, неподвижен. Их не волнует ни мороз, неожиданно ударивший в самом конце зимы, ни снегопад, снижающий видимость, ни прущая на нас толпа мертвецов.
Твари выскакивают из сугробов в тридцати шагах от дороги ведущей в Гарзул — город, в котором вспыхнуло восстание Харрана.
Этот сукин сын не зря носит титул Высшего! Он не просто склонил к мятежу некоторых чернокнижников и солдат, нет! Он зашёл куда дальше! Предполагая, что я могу наведаться в его логово через портал и разнести всё к хррашевой бабушке, Харран уничтожил кристаллы Этерниума, с помощью которых и осуществлялся переход, а также кристаллы связи.
Именно поэтому мне пришлось перебрасывать войска в ближайший к Гарзулу посёлок и уже оттуда маршем преодолевать почти сто миль по заметённым снегом дорогам.
Стоящие позади меня и магов арбалетчики явно напряжены — им ещё не доводилось воевать против «кукол», обычно выступающих на их стороне…
— Удар!
Чернокнижники поднимают руки и общий, синхронный удар магии воздуха, срывающийся с их пальцев, проносится над сугробами, взметая снег. Бритвенно-острая волна заклинания, чётко пущенного на одном уровне, пронзает толпу подмёрзших мертвецов и с чавкающим звуком разваливает их на почти равные части.
Не зря я лично муштровал некоторые отряды колдунов, ох не зря! Действуют так слаженно — смотреть приятно!
— Вперёд!
Мы продолжаем движение. Мрачные облака цвета стали нависают над городом, из них непрерывно сыплет снег. Приближаются сумерки, и видимость падает ещё сильнее.
Проклятье! Из-за плохой погоды мы задержались в пути, и к Гарзулу вышли на десяток колоколов позже, чем я рассчитывал… — но останавливаться и дожидаться утра — верх глупости…
К счастью, поселение не нужно штурмовать — оно не окружено стеной. Невысокие одноэтажные домики на окраине виднеются всего в паре сотен шагов, а потому проникнуть в город не составляет труда.
Уже на подходах я раздал приказы. Изучив карты и поговорив с теми, кто бывал в Гарзуле, составил план атаки и придерживался его. Двое Направляющих и Высшая — та самая старуха Тайбель, быстрее прочих чернокнижников принявшая мою сторону и одобрившая свод законов — с тремя отрядами малефиков по пятьдесят колдунов в каждом, окружили город и сейчас заходят в него одновременно со мной. По сотне мечников и пятьдесят арбалетчиков прикрывают каждый из таких отрядов.
Более чем достаточное количество войск против одного зарвавшегося Высшего, пятидесяти предателей-чернокнижников и двух неполных сотен солдат. Почти четырёхкратного перевеса с головой хватит, чтобы разбить мятежников и задавить восстание.
Вот только одна мысль не даёт мне покоя — неужели Харран не понимает этого?
На что он вообще рассчитывает? У меня несравнимо больше сил, и нигде, кроме северной провинции мятежи больше не вспыхнули. Со скрипом, но королевство встаёт на новые колёса, и другие малефики не решаются открыто бросить мне вызов.
Ялайская гниль! В чём состоит его план?! Надеется, что его действия послужат примером? Или Высший что-то готовит? Что-то, о чём я не подозреваю?..
Червяк сомнений грызёт меня с тех самых пор, как я узнал о восстании, но поделать с этим ничего нельзя.
Конечно, я мог бы послать разбираться с Харраном Советника или одних лишь Высших, чтобы заставить их продемонстрировать верность мне. Но я отправился в Гарзул лично — потому что посчитал, что иной раз правитель должен сам демонстрировать верность своему народу.
Некоторые проблемы в таком случае лучше решать лично, чтобы все сомневающиеся знали, какая кара их ждёт и видели силу владыки Ялайского королевства…
Пока мы маршировали по землям, на которых вспыхнуло восстание, не встретили ни отрядов солдат, которых у Харрана было мало, ни простых крестьян — лишь несколько заброшенных хуторов и пару деревень.
И теперь, глядя на «кукол», валяющихся в снегу, я понимаю, куда делись все жители окрестных земель…
Проклятый идиот! Кажется, я недооценил Харрана… Не склонив на свою сторону солдат, он пополнил своё воинство простыми крестьянами. Вот только они не умели воевать, могли ослушаться или испугаться — и Высший убил их, превратив в живых мертвецов, не знающих страха и упрёка…