Воин Ордена Теней. Том I и Том II (СИ)

Взбодрило меня, когда языкознание перешло в область шифрования. От простейших загадок до сложных схем с уникальными ключами. Я так увлекся, что очнулся только когда тяжелая рука легла мне на плечо. И я увидел голодные глаза богатыря. Не знаний жаждал он, а приземленного.
— Пора, — печально и с надеждой сказал он.
— Слушай, а ты Альбертыча видел? — я захлопнул книжку и огляделся.
Тут всегда царила ночь, но освещение менялось в зависимости от того, какое время суток было снаружи. Едва заметно приглушалось, сигнализируя о наступлении вечера. За окнами, высокими и переливающимися цветными стеклами, всегда была темнота. И мне даже было немного жаль, что скоро это изменится. Солнечный свет проникнет туда, где не бывал сотни лет.
— Ага. Ругал за шум и неподобающее обращение с «достоянием великих умов, коим тебе не уподобиться, дщерь», — умело процитировал он, вполне сносно изобразив тон занудного духа.
— Вот сволочь, — тихо процедил я и крикнул на весь зал: — Хранимир Альбертович! Выходите! Повелеваю, чтоб вас...
Мог и поджечь что-нибудь, для профилактики, но не стал. Давно умерший философ мне был не нужен. А книги так и спугнуть можно, лови потом их. Великодушный я, что поделать. Тем не менее, меня беспокоило, что дух меня избегает. Именно тогда, когда у меня к нему накопилось много вопросов.
— Ладно, — резюмировал я, не дождавшись реакции. — Побрею, тьфу ты, сожгу. Пойдем, ненасытный. Пару поросей сами себя не съедят...
Вечерняя прохлада приятно обволокла нас, когда мы поднялись по лестнице. Внутренний город перешел в режим веселья, что подтверждали взрывы смеха и звон посуды, доносящиеся из открытых окон.
Что-то витало в воздухе, легкий аромат грядущих приключений. Лысик выскочил за нами, получил благословляющий пинок и умчался в ночь, предвкушающе фырча. Я увидел силуэт на крыше боевого хода, в тени башни, незаметный для обычного зрения. Подумал, может стоило позвать Влада с нами, но передумал. Если уж он сам не искал подобных развлечений, то и боги с ним.
Душа требовала снова причинять добро, это нужно было жестко контролировать. На Дэна надежды не было, он так алчно уставился на питейное, близкое и манящее. Загипнотизированный, напарник опять вынес часть косяка. Внутри это встретили аплодисментами и предложениями угостить.
Федя уже ждал нас, заняв дальний стол и сидя там с видом человека, готового перегрызть глотку любому посягнувшему на эту часть мироздания. На столе были расставлены легкие закуски и стоял бочонок, по бокам которого текли капли.
— Во, вот это дело! — Дэн в первую очередь хлопнул по сосуду, а уж потом протянул руку графу, — Денис.
— Очень рад знакомству! — парень очень старался выдержать рукопожатие и почти справился, боль лишь на долю секунды отразилась на его лице.
— Господа... судари, — Федя старательно перечислял обращения, не понимая наших статусов. — Угощайтесь, в общем.
После короткой лекции по упрощению речевых оборотов, мы пришли к консенсусу. Пофиг на титулы, мы пируем! К счастью, граф поддержал идею и расслабился. После третьего бочонка, пяти смен мясных блюд и одному отказу в дуэли, мы разговорились.
Красильников оказался словоохотливым, пусть и постоянно пытался смягчить выражения. Но, увидев, что мы люди простые, пусть и очень интеллигентные, разошелся, не стесняясь.
— В принципе, народ тут неплохой, — делился он глубокой житейской мудростью. — Вспыльчивые, есть такое. Но отходчивые, если в морду дать. Ну а что поделать, се ля ви, господа. Вот я вам честно скажу, — он перешел почти на шепот, наклоняясь над столом. — Слухам верить нельзя! Если им верить, то в Великой крокодилы плавали. И гробы, да-да. Но это же чушь! Вы вот пробовали купаться, да даже сейчас, в конце лета? Простите, но бубенцы звенят. Какие крокодилы?
— За крокодилов! — попытался остановить это Дэн, вдарив кружкой.
Емкость графа от столкновения вылилась на стол, но это его произвело эффекта.
— Так же и с чернокнижником, про которого все говорят. Как и ту тварь, что оно породил. Вы же слышали? Ужасное создание, нападающее ночами и колющее тысячами клинков. Бред же?
 
— Погоди, погоди, — начало доходить до меня. — Вот с этого места поподробнее!
Кого-то мне это описание напоминало....
  
Глава 21. За всё нужно расплачиваться
 
У этого города обязан был появиться новый герб. В виде долбанутого колючего шара с грозным именем Лысик Первый. Потому что, судя по словам Феди, мой питомец отличился удивительным упорством всех запугать.
Вроде никого мой зверь не покусал и не сожрал, но напугал прилично. Их понять можно было, когда из темноты на тебя выскакивает такое... Естественно, народная молва тут же принялась приукрашивать действия ёжобраза. Городские сплетницы послепенсионного возраста шептались у церквей, что порождение зла утаскивает из колыбелей младенцев, наводит порчу и вызывает падеж скота. По их то словам, Лысик монстр тот ещё.
Но в такое Красильников как раз не верил. Зато, будучи вхож во многие круги общества, собрал воедино все перетолки и попытался объяснить современным научно-магическим методом. Граф оказался весьма образованным, так что рассуждал он логически.
— Безусловно, создание существует, — он заглянул в пустую кружку, постучал по бочонку и, услышав глухой звук, приуныл.
Хватило одного взгляда Дэна в сторону барной стойки, чтобы оттуда метнулись и принесли нам ещё бочонок. Федя вроде держался неплохо, так что я не стал притормаживать этот праздник жизни, пока не боясь потерять источник информации. Пожалуй, из его спасения можно извлечь пользу.
— Так вот, — продолжил он, сделав несколько больших глотков. — По косвенным признакам можно судить, что творение это действительно дело рук чернокнижника. Причем могущественного, существо видели внутри крепостных стен, вплоть до второго кольца. Что говорит о силе колдуна, преодолеть защиту стен задача почти невозможная. Значит, либо в городе действует чернокнижник, либо какое-то экзотическое животное сбежало из частного зоопарка.
— А ты сам в какую версию веришь? — я пока не понимал, как мне относиться к такой внезапной репутации.
— Хотелось бы во вторую... — вздохнул граф. — В ином случае, господа, нам швах.
Понятно, что популярность у чернокнижников была минусовая. Их обвиняли во всех бедах человечества и стремились уничтожить. Ведь они превратили слова «как в сказку попал» в страшнейшее проклятие. А если меня реально примут за такого? Как-то я не подумал...
Да и в какой сказке про ненасытного ежа было? До меня вдруг дошло, почему Федя говорил это с затаенным ужасом. Верх мастерства чернокнижия заключался в написании своей собственной книги. И оживлении того, что напридумывал. Мне вспомнился Лавкрафт, в горле пересохло и я опрокинул в себя целую кружку. А ведь связь с американскими колониями была потеряна сто лет назад и теперь почти весь континент считался запретной зоной. Оттуда просто никто не возвращался. 
Нет, ну ёжик это милейшее создание...
— Ну и чего? — на напарника всё это произвело нулевое впечатление. — Будь реальная угроза, подняли бы всеобщую тревогу. А так это просто слухи. Последний раз, когда поймали с подозрениями в такой дряни, на проверку оказалось брехней.
— А какая проверка? — деланно равнодушно спросил я.
Напарник, похоже, даже не понял, что речь про моего питомца и меня, собственно. Ну хоть кто-то даже и не подумает считать меня чернокнижником. А там остальным докажу и все успокоятся.
— Ну так известно как, четвертуют и если соберется обратно, то виновен. 
Зашибись! И это считается современным миром. Я резко передумал доказывать свою невиновность. Должен же быть более гуманный способ. И он, к счастью был.
— Ну это если великий князь не возьмется за проверку, — дополнил Федя. — В тот раз, насколько помню, он в отъезде был, вот и решили старинным способом. Варварство, но в такой ситуации каждая минута на счету, можно понять.