Непокорная для шейха (СИ)

Сын эмира повернулся ко мне. Его лицо было пугающе спокойным, только в глазах бушевало пламя.
— Значит, ты не хочешь стать моей любимой женой. Отвергаешь мою любовь и готовность положить весь мир к твоим ногам!
— Мог бы и раньше догадаться. Я не просилась за тебя замуж!
— Что ж, — Висам выпрямился, смерив меня взглядом, от которого по телу пошли мурашки. — Будешь наложницей. Без права голоса и свободы. Ничто не помешает мне взять другую жену, которая примет мою любовь, но тебя я не отпущу. Ты будешь смотреть на живое напоминание того, как однажды меня отвергла! Думай об этом. И пока еще не поздно, усмири свою гордыню и приди ко мне сама!
— Я приду плюнуть тебе в лицо!
— Это будет последнее, что ты сделаешь перед тем, как я превращу твою жизнь в ад, — хмуро пообещал Висам, демонстративно облизывая губы с моим вкусом на них…
лся?
  
Глава 11
 
Глава 11
Меня трясло. Долго и невыносимо. Когда явились прислужницы, чтобы проводить меня обратно в гостевую комнату, я покорно пошла, не задавая вопросов. Мои мысли были заняты тем, что произошло между нами.
Слова Висама напугали меня и довели до шокового состояния. Я даже успела высказать самой себе за необдуманные слова. Почему я не могу на время усыпить свою гордость и сделать вид, будто смирилась?
Не могла. Страсть свела меня с ума в тот момент. А еще я не умела быть гибкой. Шла напролом, как моя мать, и всегда рубила прямолинейностью.
Выбрав новую абайю, в этот раз нежно-персикового цвета с серебряной вышивкой, переоделась, позволив одной из девушек заплести в косы мои растрепанные волосы. Ужин принесли в покои. Конечно же — кто после моих выходок пригласит меня за общий стол? Я уже знала, что мужчины и женщины трапезничают отдельно. Амани явно хотела подчеркнуть свою неприязнь ко мне, как к будущей невестке.
На ужин были королевские креветки, гребешки и чизкейк. Хоть непривычной местной кухней пытать не стали, и на том спасибо. От сладостей я отказалась, мне они все еще казались приторными. Да и при отсутствии спорта, да что там, прогулок я быстро наберу лишних килограмм. Судя по женам эмира, это было скорее плюсом в этом мире. Но я собиралась вернуться в свой мир и сохранить свою фигуру.
Стук в двери заставил меня остановиться. Я промокнула губы салфеткой, внутренне насторожившись, если это снова явился Висам. Как мне себя вести? Попросить прощения и изобразить раскаяние? А ведь придется, если я хочу хитростью получить назад собственную свободу.
— Принцесса Газаль Сафия! — с пиететом объявила прислужница, и я поспешно омыла руки в высокой пиале. Внутренне воспрянула духом и даже ощутила что-то наподобие радости.
А как иначе? По сути, принцесса была единственным человеком, которого я могла назвать подругой. И почему я раньше о ней не вспомнила? Может, именно она сможет мне помочь!
Газаль вошла в покои, гордо подняв голову. Я встала навстречу, не сумев держать радостной улыбки. Девушка как-то застенчиво улыбнулась мне в ответ, но в ее глазах я увидела смятение, отчаяние и даже боль. То, что видела в собственном зеркале совсем недавно.
— Принцесса! — я поклонилась, протягивая руки.
— Кира! — девушка хмуро кивнула прислуге. — Немедленно оставьте нас и проследите, чтобы никто не беспокоил!
Возразить дочери эмира не посмели. Пока она провожала женщин взглядом, я отметила, как же красиво выглядит сестра Висама в красном платье и с длинными золотыми серьгами, перекликающимися с диадемой. На ее лице был грамотный макияж, подчеркивающий естественную яркую красоту, на запястье эппловские смарт-часы. Потрясающий контраст.
Мы обнялись, как подруги. Присели на диван. Мне хотелось тотчас же попросить Газаль привести телефон, попросить вывезти меня отсюда, хотя бы исподтишка дать знать матери, где я и что случилось. Но принцесса, убедившись, что мы остались одни, смахнула слезы.
— Кира, мне не к кому больше было прийти. И я рада, что ты здесь. Меня никто не поймет…
— Я могу тебе чем-то помочь? — я разлила кофе по чашкам и протянула ей. — Что тебя так огорчило?
 
Газаль ответила не сразу. Уткнулась взглядом в стену, перебирая ткань платья.
— Кира, отец решил выдать меня замуж. И в кратчайшие сроки. Самое обидное, что и мать, и мой горячо любимый брат поддержали его в этом. Сказали, что у меня месяц до никяха. Что это уже решено.
«Кто же знал, что мы окажемся в похожем положении… я и принцесса. У которой есть свобода. Но не та, что позволит идти наперекор семьи», — подумала я.
— Газаль, милая, успокойся и расскажи все по порядку. Разве ты не знала, что тебя собираются выдать замуж?
— Знала, Кира. — Девушка смахнула слезу. — Висам обещал, что перед этим я и он отправимся в кругосветное путешествие. Что я войду в семейный бизнес. Что смогу узнать своего супруга и полюбить его до свадьбы. Но теперь все эти обещания стали пустыми словами. Мама сказала, что шейх настаивает на скорой женитьбе. Почему эмир не смог ему отказать?
— Я не знаю ваших порядков, — осторожно ответила я. — Ты видела своего будущего мужа?
— Нас не знакомили. Он меня видел и настоял на скорой свадьбе. Но я нашла его в интернете.
«Интернет. Тепло. Надо попросить Газаль показать мне его на ноутбуке или телефоне, а там я найду момент выйти в сеть»
— И как он? Неужели так стар и ужасен?
— Он старше меня на двенадцать лет, и вовсе не ужасен, но я так хотела пожить, применить свои знания… что теперь? Дети и заточение…
— Не обязательно, Газаль. Что ты еще знаешь о нем? Есть же хоть что-то хорошее?
Девушка задумалась.
— Знаешь, есть. Он профессор математических наук. И говорят, придерживается прогрессивных взглядов, долгое время жил в Европе. Но как я могу полюбить незнакомого человека?
— Газаль, ты же тоже изучала математику, верно?
— И финансы, — подтвердила принцесса.
— Выйти замуж за единомышленника не так уж страшно, даже наоборот. Может, там у тебя будет больше свободы, чем здесь. Я могу его увидеть?
— Я потом покажу тебе, — не расслышав подвоха, робко улыбнулась принцесса. А затем, обернувшись к двери, наклонилась к моему уху и быстро заговорила:
— Я знаю, что ты прилетела сюда не по своей воле, Кира. Знаю, что Висам похитил тебя и не оставил никаких следов. Он был очень осторожен и даже впутал в это все меня, заставив вылететь чартером. Тогда как сам остался. Ему не составило труда стереть записи в бортовых журналах аэропорта. Я сейчас никак не смогу тебе помочь. Но если я выйду замуж через месяц и попрошу об этом своего мужа, ты будешь свободна. Отец не будет иметь власти над моими желаниями. Если сама не захочешь остаться здесь женой моего брата.
— Газаль, — ошеломленно ахнула я.
— Сейчас никак не смогу помочь, не проси. Отец… ты не представляешь, что он за человек. Я боюсь, что он пойдет даже на убийство чести…
— Убийство чести? Что это? О чем ты?
В двери постучали. Газаль отпрянула от меня и приняла обычный высокомерный вид.
— Что тебе надо? Я велела не прерывать разговор!
— Вас ищет ваша матушка, принцесса, — потупилась молодая служанка.
— Скажи ей, что я сейчас же навещу ее. Кира, — она поклонилась мне, и я ответила тем же. — Я была рада с тобой увидеться снова. Я приду к тебе позже.
— Погоди! — я сжала ее руку. — Я… могу поговорить с твоим отцом?
Газаль посмотрела на меня с сочувствием.
— Он сам скоро позовет тебя к себе. Но не питай ложных надежд, Кира. Он никогда и ни в чем не отказывает Висаму…
Визит Газаль лишь сильнее обесточил меня. Выдерживать напряжение становилось все сложнее и сложнее.
Потолок давил на плечи. Сама атмосфера страны, в которой женщина приравнивается к вещи и измеряется количеством верблюдов, распыляла мою стальную волю на атомы, заражала вшитой в века и традиции бессильной покорностью. Я вспоминала слезы, дрожавшие в глазах принцессы. Как часто в детстве мы представляли себя принцессами? Считали, что перед нами весь мир, дорогие наряды и власть. Вот какой оказалась реальность: скоропалительный брак с мужчиной, которого Газаль Аль-Махаби вживую даже не видела. Искала фото будущего мужа во всемирной сети!